Биткоин - не то, чем его пытаются представить: отвечаю на популярные мифы

Недавно Джон Стюарт выпустил эпизод своего подкаста с Беном Маккензи - известным критиком крипты, который несколько лет назад написал книгу о «лжи» криптоиндустрии. Он снова в эфире, снова с теми же тезисами. И снова - без должной нюансировки.

Я занимаюсь анализом финансовых систем и Биткоина с 2017 года. Я наблюдая, как например в Египте и в других странах люди пытаются сохранить сбережения в условиях 20-процентной инфляции. Поэтому мне есть что ответить.

Бен приводит цифру: 154 миллиарда долларов нелегальной активности профинансировано через крипту за один год. Звучит ужасающе - и именно на это рассчитано.

Но давайте добавим контекст.

Компания Chainalysis регулярно публикует отчёты, из которых следует: доля нелегальных транзакций в общем объёме крипторынка крайне мала - на уровне долей процента. Более того, если смотреть на процентное соотношение, а не на номинальные числа, фиатная система по большинству оценок используется для преступной деятельности в большей доле, чем крипта. Публичный блокчейн — последнее место, куда пойдёт умный преступник. Каждая транзакция навсегда записана в неизменяемый реестр.

Тот же Эпштейн, которого Бен упоминает в связке с финансированием Bitcoin Core через MIT Media Lab, проворачивал свои дела через обычную банковскую систему - не через блокчейн.

Отдельная тема - санкции. Джон Стюарт спрашивает: неужели через Tether российские олигархи переводят нефтяные деньги? Возможно. Но тогда давайте зададим более широкий вопрос: должны ли Соединённые Штаты иметь возможность отслеживать и контролировать каждую финансовую транзакцию в мире? Здорово ли это - для всего мира? Санкции работают по принципу «чем больше используешь, тем больше теряешь». Уже сейчас страны, представляющие большинство мирового ВВП, активно строят альтернативные расчётные системы - и это происходит совершенно независимо от Биткоина.

Конфиденциальность финансов - это не синоним преступности. Это нормальное поведение для миллиардов людей, живущих под авторитарными режимами.

Бен делит крипторынок на два ведра: «спекулятивные криптовалюты» (куда он валит вместе Биткоин, Эфириум и всё остальное) и мем-коины вроде TrumpCoin. По его мнению, технические различия несущественны.

Я бы выделил минимум четыре категории.

Биткоин - отдельная категория. Первый, самый ликвидный, самый децентрализованный. Принципиально простой по замыслу. Запущен без ICO, без венчурного финансирования, без premining для создателей. Ближе всего к цифровому товару или протоколу - не к компании и не к системе управления.

Стейблкоины - другая история. Это по сути технологическое улучшение концепции офшорного банковского счёта: любой человек со смартфоном получает доступ к долларовому счёту. Для людей за пределами США - огромная ценность. Сюда же примыкает токенизация реальных активов: золота, ликвидных акций. Другая система учёта, более глобальная, чем, например, ETF-обёртка.

Серьёзные альткоины - попытки решить иные задачи: приватность транзакций, программируемость через смарт-контракты, DeFi. Там есть серьёзные разработчики и реальные аргументы, пусть я лично отношусь к этой категории критически.

Мем-коины - чистая азартная игра, которую даже создатели таковой и считают.

Смешивать всё это в одну кучу - всё равно что иметь мнение «об акциях вообще», не разграничивая акции Nvidia и копеечные «мусорные акции»

Это самое распространённое заблуждение, и оно неверно.

Доллар ни с чем не связан. Евро ни с чем не связан. Иена ни с чем не связана. После того как мировые валюты окончательно оторвались от золота череда постепенных раг пуллов на государственном уровне, - они стали чисто фиатными: обеспеченными исключительно государственным принуждением. Вы обязаны принимать их, платить ими налоги, а конкурирующие активы облагаются дополнительными налогами и ограничениями.

Биткоин - это децентрализованная версия того же реестра, но вместо государственного принуждения он обеспечен криптографией и энергией. Чтобы добыть биткоин, нужно потратить реальную энергию. Это не метафора - это физическая привязка к реальному миру через доказательство работы (Proof of Work).

Хорошая аналогия - интернет-протоколы. TCP/IP, SMTP, USB - стандарты, которые становятся чрезвычайно устойчивыми за счёт сетевого эффекта. Никто не мешает придумать альтернативный USB, но против него стоят 10 миллиардов устройств с уже существующими портами. Биткоин - это что-то похожее на протокол передачи и хранения ценности. Если бы можно было «купить долю» в TCP/IP в момент его зарождения, сделав ставку на то, что интернет вырастет - это было бы сопоставимо с логикой инвестиции в Биткоин.

Это классический приём: не разбирать технологию по существу, а привязать её к чему-то отвратительному.

Реальная история такова: MIT Media Lab получал финансирование из множества источников. Среди этих источников был Эпштейн - один из многих жертвователей с широким спектром интересов помимо его чудовищных преступлений. Разработка Bitcoin Core финансировалась и финансируется из множества независимых источников и центров.

Но главное даже не это. Биткоин - открытый исходный код. Его можно проверить, аудировать, оценить по его собственным свойствам. Даже если завтра выяснится, что АНБ создало Биткоин - это не изменит ни одной строчки кода, ни одного свойства сети. Нет центрального органа, который мог бы изменить правила. Даже разработчики не могут «протолкнуть» обновление: они лишь предлагают изменения, которые сеть узлов и майнеры могут принять или отвергнуть.

Я слышу это с 2011 года от людей, которые, как правило, не разбираются в энергетике.

Электричество - не гомогенный ресурс. Его нельзя просто «перенаправить» нуждающимся. Оно производится в моменте, плохо хранится в больших объёмах, дорого передаётся на дальние расстояния. Поэтому огромный процент генерируемой электроэнергии просто теряется: сбрасывается или тратится впустую.

Всемирный банк оценивал объём природного газа, который сжигается или выбрасывается в атмосферу при добыче нефти . Когда сравниваешь эту цифру с оценкой энергопотребления всей сети Биткоина от Кембриджского центра, получается, что только от сжигания попутного газа теряется энергии примерно в восемь раз больше, чем потребляет весь Биткоин. И это без учёта всего остального: избыточной гидрогенерации, сброса энергии в ветряных и солнечных системах и так далее.

Биткоин-майнинг гиперконкурентен. В отличие от дата-центров ИИ, которые могут позволить себе платить высокие тарифы за электричество, майнеры вынуждены искать самую дешёвую энергию — иначе они убыточны. Это энергия, которую никто другой не использует: stranded in time (избыток возобновляемой генерации ночью) или stranded in space (попутный газ в Северной Дакоте, куда никогда не дотянется трубопровод). Майнеры идут туда, куда больше никто не идёт. Ник Картер хорошо это описал: представьте топографическую карту мира и вылейте на неё воду - она заполнит все самые низкие ниши. Именно так Биткоин работает с дешёвой энергией.

Это сравнение с Visa (24 000 транзакций в секунду) - пожалуй, самый живучий миф.

Правильное сравнение - не Visa, а Fedwire. Fedwire - это базовая расчётная система США, через которую проходит урегулирование финансовых обязательств. И Fedwire обрабатывает примерно столько же транзакций в секунду, сколько Биткоин - около 200 миллионов в год. При этом через него проходит более квадриллиона долларов в год. Квадриллион - это тысяча триллионов.

Никто из нас не пользуется Fedwire напрямую. Мы работаем с банками, которые работают с Fedwire. Visa - это ещё один слой поверх банков поверх Fedwire. Вся финансовая система работает слоями.

Биткоин устроен точно так же. Базовый уровень - финальный расчётный слой. Поверх него строятся Lightning Network, ARC, eCash, кастодиальные решения - каждый слой пакетирует тысячи транзакций в одну расчётную запись на блокчейне. Чем больше спроса на биткоин-транзакции, тем сильнее экономический стимул развивать эти слои. Ключевое отличие от Fedwire: система открытая и беспрерывная. Вы сами выбираете, каким слоем пользоваться в зависимости от своих потребностей.

BlackRock владеет примерно 4% биткоинов через свой ETF. Это не «принесло» нам Биткоин. Биткоин существовал задолго до BlackRock — начинался с отдельных людей, потом небольших компаний, теперь к нему подключились крупные институты.

Нет ни одного сценария, при котором актив вырастает с нуля до нескольких триллионов долларов, не привлекая крупных игроков. Это не провал системы - это математика. И вот в чём суть: даже владея 4% или 10% биткоинов, BlackRock не может изменить правила сети. Не может напечатать дополнительные биткоины. Не может заблокировать транзакцию. Распределённая сеть узлов, майнинг на основе энергии (а не на основе «у кого больше монет»), открытый исходный код - всё это спроектировано так, чтобы быть устойчивым к концентрации. Даже к концентрации у BlackRock.

Я работаю на пересечении инженерии и финансов. Было бы стыдно не прийти к Биткоину раньше - я начал следить за ним с 2017 года.

Меня привлекло вот что: финансовая система в её нынешнем виде не работает для огромного количества людей. Я часть года живу в Египте. Египетский фунт теряет покупательную способность со скоростью 20% в год. Когда спрашиваешь обычного врача или учителя - не из топ-1% с доступом к глобальным финансам, а обычного человека - как он сберегает деньги, ответ в 2026 году не стал очевидным.

Кто-то держит фунты под проценты - но 10% годовых при 20% инфляции это постоянное обесценивание. Кто-то покупает доллары на чёрном рынке и хранит пачки наличных дома, надеясь, что не ограбят и не случится пожар. Кто-то вкладывается в недвижимость - неликвидную, рискованную, но хоть что-то. Огромные районы пустых квартир по всему Каиру - это не пузырь, это сбережения 100 миллионов человек, у которых нет других инструментов.

Биткоин и стейблкоины дают этим людям альтернативу. Не идеальную, не без рисков - но альтернативу. Местный централизованный реестр больше не единственный вариант.

С момента появления телеграфа мы научились передавать информацию со скоростью света - но не расчёты. Этот разрыв дал колоссальную власть централизованным посредникам. Биткоин впервые закрыл этот разрыв технологически: можно отправить ценность глобально без банка, хранить сбережения в виде 12 слов, путешествовать с капиталом в голове.

Бен Маккензи поднимает реальные проблемы - особенно вокруг этой администрации и очевидных конфликтов интересов в криптоиндустрии. Критика вполне уместна. Но цинизм - это не анализ. Когда всё валится в одну кучу, когда сильнейшие аргументы оппонента не разбираются, когда на прямой вопрос «в чём разница?» следует ответ «это всё глупо» - разговор перестаёт быть честным.

.