КИБЕРНЕТИКА И НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ

Этот случай, полностью раскрывающий смысл кибернетики, как науки, рассказывал Алексей Вольдемарович Шилейко (кому надо, тот знает, кто это) ->

"Все началось с того, что у нашего старенького «Мос­квича» отказали тормоза. Случилось это на даче в ста километрах от Москвы. Нехитрое обследование показа­ло, что отремонтировать тормозную систему нашей ко­лымаги можно только, сняв предварительно задний левый барабан. Эту операцию мы бы выполнили в тече­ние двух минут, если бы в нашем распоряжении был «съемник» - простейшее приспособление, состоящее из винта и фигурной гайки с двумя нарезками. Но съемни­ка у нас не было. Не оказалось его и на ближайшей ав­тобазе и у коллег-автомобилистов. А без съемника ба­рабан сниматься не хотел. Не помогли никакие ухищ­рения, начиная от простейших - типа подковыривания отверткой - и кончая весьма хитроумным приспособле­нием, состоящим из домкрата, березового полена и стального троса. К слову сказать, в результате послед­них экспериментов домкрат оказался безнадежно ис­порченным. Потратив день в бесплодных усилиях, мы отправи­лись на почту и уже на другое утро с волнением встре­чали на станции знаменитого аса-механика, спасшего на своем веку бесчисленное количество незадачливых авто­ мобилистов-любителей. По дороге со станции разговор шел в основном о погоде и красотах окружающей местности. Николай Иванович бодро размахивал пустыми руками и глядел по сторонам, а нас все время мучил вопрос, где же пря­чет он драгоценный съемник, необходимость в котором стала нам к тому времени совершенно очевидной. Не прояснился этот вопрос и во время завтрака, когда об­ суждались достоинства нашей речки как возможного ры­боловного угодья. Наконец, настал торжественный момент и мы подош­ли к «Москвичу», который грустно опирался на три ко­леса и стоПl{У кирпичей. Однако вместо того, чтобы с ловкостью фокусника извлечь из недр своей старенькой спецовки вожделенный съемник, Николай Иванович взял молоток и с задумчивым видом стал похаживать вокруг машины. Походив так несколько минут, он на­ гнулся и начал легонько постукивать молотком по како­му-то месту, которое, на наш взгляд, не могло иметь ни малейшего отношения к злополучному левому барабану. И тут произошло чудо. Да, да, именно чудо! Ника­кое другое слово русского языка не годится для описа­ния события, свидетелями которого мы стали. Тот са­мый барабан, для снятия которого, по нашему глубоко­му убеждению, не хватило бы никакой на свете силы, легонько шелохнулся и сам (именно сам, поскольку не­ возможно было уловить никакой разумной связи между тем, что происходило на наших глазах, и легкими по­стукиваниями где-то в области правой рессоры) стал постепенно сползать, пока не свалился на землю. Трудно сказать теперь, что выражали наши лица­ восхищение или суеверный ужас. Ясно одно, выражение это не оставило Николая Ивановича равнодушным, и начался фейерверк чудес. Сами собой открывались две­ри, отвинчивались гайки, причем одна из них, наиболее заржавевшая, не только отвинтилась, но и поползла по резьбе верх, нарушая привычные нам представле­ ния о трении, а заодно и закон всемирного тяготения. Что касается нас, то мы могли бы смотреть на эти чудеса еще очень долго, но Николаю Ивановичу скоро все надоело. Не прошло и десяти минут, как он равно­душно присел на корточки у ворот гаража, закурил «Прибой» и небрежно бросил горящую спичку в стоя­ щее поблизости ведро с бензином. Вряд ли нужно доба­вить, что спичка зашипела и погасла. Собственно, миссия Николая Ивановича на этом бы­ла закончена, и он, прихватив удочки, отправился на реку. А мы, вырывая друг у друга молоток, ринулись к «Москвичу». Но не тут-то было! Наверное, не осталось такого квадратного миллиметра поверхности, по кото­рой бы мы ни постукивали молотком - слабо и посиль­нее, пореже и почаще. Чары исчезли! Ни одна деталь, даже самая маленькая, так и не сдвинулась с места. Прошло довольно много времени, пока, поняв необосно­ ванность своих притязаний на звание чародеев, мы ус­покоились и занялись более скучным, но явно полезным делом - стали промывать тормозной цилиндр и менять резиновые манжеты. Вечером мы катили в Москву на отремонтированном «Москвиче». Скажем прямо, ни тогда, ни впоследствии мы так и не научились вызывать чудодейственный «эффект Нико­лая Ивановича». Зато пережитое дало нам возможность, не задумываясь, отвечать на вопрос о кибернетике.

Ки­бернетика - это наука о том, по какому месту надо по­стукивать молотком"...