В ожидании «Нюрнберга 3» по Украине.

Наименование сегодняшней статьи выбрано не случайно и мало кто знает, что фактически мировая история пережила не один, а два Нюрнбергских процесса. Первый и самый главный из которых происходил в одноименном городе в Германии с 20 октября 1945 года и занял практически год, в то время, как второй или Дальневосточный Нюрнберг (Токийский процесс) - проходил с 3 мая 1946 года вплоть до декабря 1949 года. Однако, не об этих исторических событиях, прежде всего, я хотел рассказать, о них хватает информации и в открытых источниках. Их лишь можно взять за основу в вопросе о том, какой фактической нумерации справедливо было бы придерживаться в международном судопроизводстве по Украинскому конфликту.

Если принять во внимание то, что оба первых Нюрнберга проходили в рамках одной и той же войны, то результаты специальной военной операции можно было бы формально считать и Вторым Нюрнбергским процессом, если это не обидит активных участников Дальневосточного или Токийского аналога.

Безусловно, в наш век цивилизованного и осознанного отношения к решению тех или иных проблем, военные действия являются крайней мерой, которую развивающимся, а тем более развитым странам вообще следовало бы избегать. Но раз возникают такие обстоятельства, при которых война все-таки случилась, целесообразно беспокоиться о юридической обоснованности собственных действий. Необходимо своевременно позаботиться о подкреплении своей правовой позиции на случай, если какой-либо судебный механизм того потребует. Мы, конечно, давно похоронили авторитет международного правосудия, однако надежды на возрождение в нем справедливости, пусть даже в отдаленном будущем, все-таки остаются.

Специальная военная операция в этой части не стала исключением и с самого ее начала различными военными структурами ( прежде всего ФСБ России и ГВСУ СК России) ведется достаточно плотная работа по формированию доказательной базы относительно документирования Украинского конфликта. Именно на указанные ведомства лег груз ответственности за аргументацию нашей правовой позиции, так как непосредственно в их составе находятся следственные подразделения, каждое из которых отвечает за собственную сферу военной следственной деятельности.

Интересно отметить, что с февраля 2022 года все военные следователи СК и ФСБ России, вне зависимости от своей структурной или территориальной принадлежности осуществляют работу в составе одной большой следственно-оперативной группы по одному и тому же уголовному делу. Еще в тот период, даже у бывалых следаков возникал вопрос о том, какими поездами будет перевозиться итог их плодотворной деятельности, если уже на конец 2022 года ежемесячная нагрузка на отдельный военно-следственный отдел могла составлять сотни и даже тысячи допрашиваемых лиц.

Ключевой спецификой активности следователей по данному делу является, прежде всего, сбор доказательной базы о применении запрещенных методов войны, а также иных форм нарушения международных военных норм, например, таких как: использование отравляющих, нервно-паралитических газов; фосфорных и кассетных бомб; биологического оружия; пытки или убийства мирных граждан; ликвидация пленных; использование военных формирований третьих стран и т.д.

Ввиду того, что данные факты на поле боя встречаются достаточно часто, а на отдельных участках фронта постоянно, ну и, учитывая любовь наших чиновников к бюрократизации всего и вся, – макулатуры по завершении СВО будет много. Такими темпами, длительность Третьего Нюрнберга может занять не менее десяти лет…

Конечно, все эти обстоятельства могут свидетельствовать об исключительной заботе о нашем народе и будущем, однако, иногда подобная позиция терпит крах в отношении прав обычных бойцов.

Так, например, чтобы далеко не ходить от запрещенных методов войны, можно обратиться к случаям, когда даже тяжелые отравления бойцов в зоне СВО неизвестными химическими веществами, распыленными с вражеских дронов, нередко, квалифицировались военными врачами, как не связанные с военной службой. Особенно, когда речь заходит о единичных отравлениях одного – трех человек, ситуации подобного рода благополучно списываются под прием наркотических или психотропных веществ самими военнослужащими. При этом, даже сильные нарушения нервной системы, приводящие к инвалидизации от неустановленных, предположительно относимых к той или иной группе запрещенных, веществ, не исследуется должным образом, справки 100 и 98 не выдаются (основание для выплат). Хотя вопросы подобного рода могли бы быть сняты с повестки дня банальным и своевременным взятием проб грунта с места отравления военнослужащих.

По всем интересующим вопросам, связанным с военным правом вы также всегда можете обратиться ко мне в личном сообщении, либо по номеру телефона - 8-(900)-268-00-91.

Также подписывайтесь на мой блог на Дзен и видео блог в рутубе - https://rutube.ru/channel/16332075.